А это товарищ Геббельс. Вот к чему приводит оголтелая пропаганда.
На предваряющем фото : Ева Браун, вышедшая замуж за Гитлера и тут же отравившая себя.

Эту встречу Е. Ржевская описала в документальном рассказе «В тот день, поздней осенью» (подзаголовок — «Рассказ о встрече с маршалом Жуковым») уже в 1965 году, что называется, по горячим следам. Однако в ту пору рассказ по цензурным соображением не напечатали, он стал доступен советскому читателю лишь в 1988 году в книге Е. Ржевской «Берлин, май 1945», выпущенной в рамках библиотеки журнала «Знамя». Оттуда я буду брать все цитаты. И вот первая из них:

«Маршал Жуков сказал:
-Я не знал, что Гитлер был обнаружен. Но вот я прочитал об этом у вас и поверил. Хотя ссылок на архивы и нет, как принято делать. Но я верю вам, вашей писательской совести. Я пишу воспоминания, — повторил он. — И как раз дошел до Берлина. И вот я должен решить, как мне об этом написать. — Он говорил неторопливо, однотонно, раздумчиво. — Я этого не знал. Если я об этом так и напишу, что не знал, это будет воспринято так, что Гитлер найден не был. Но в политическом отношении это будет неправильно. Это будет на руку нацистам».

Тут я вынужден добавить, что приведенные выше строки настолько важны для понимания ситуации, что можно выделять черным жирным шрифтом буквально каждое слово. Мы еще вернемся к этому кусочку, а сейчас двигаемся дальше. Диалог маршала и переводчицы начинает приобретать несколько странные, если не сказать, чуднЫе черты:

«Помолчав, он сказал:
-Как это могло случиться, что я этого не знал?»

Обратите внимание, маршал задает этот вопрос лейтенанту. И Елена Моисеевна честно пытается найти ответ:

«Он хотел это уяснить с моей помощью. Это был его главный вопрос ко мне… В самом деле, как это могло случиться, что командующий войсками, штурмовавшими Берлин, не знал, что его воины, овладев имперской канцелярией, в подземелье которой находился Гитлер с остатками своего штаба, нашли Гитлера, покончившего с собой? Такой важный и престижный факт для полководца, приведшего свои войска в Берлин. Он вправе был спросить и так: как смели не доложить ему об этом?… Я знала, что все связанное с обнаружением и опознанием трупа Гитлера в те майские дни, держалось в строгом секрете и докладывалось прямо Сталину — по его распоряжению — минуя командование фронтом, то есть маршала Жукова. Почему было так, это мог бы разъяснить только Сталин».

Видимо, такое распоряжение поступило в группу, разыскивавшую Гитлера: докладывать непосредственно в Москву. С нашей всегдашней секретностью подобное распоряжение вряд ли кого могло удивить. Но вот останки Гитлера нашли, четко опознали. И…

«-Не может быть, чтобы Сталин знал, — решительно отверг Жуков. — Я был очень близок со Сталиным. Он меня спрашивал: где же Гитлер?
-Спрашивал? Когда?
-В июля, числа девятого или одиннадцатого.
-К этому времени Сталин уже давно все знал, провел проверку и удостоверился.
-Но ведь он меня спрашивал: где же Гитлер?
-Очевидно, не хотел дать понять, что знает.
-Зачем?»

Вот ведь вопрос, едри его… И снова Жуков размышляет, а Ржевская дотошно фиксирует:

«Если это шло по линии НКВД, так ведь Берия был при этом разговоре со Сталиным. Он молчал, — сказал Жуков, искренне полагая, что раз молчал, значит, не был осведомлен.
И мне в этот момент не вспомнилось, что в архиве есть документ, устанавливающий, что Берия знал. Пересматривая через несколько дней документы, я снова напала на него: это подробная записка по ВЧ, адресованная Берии 23 мая того же сорок пятого года, когда закончившееся расследование вновь шаг за шагом перепроверял присланный Сталиным генерал.
-И Серов ведь находился там в Берлине. Он и сейчас живет со мной в одном доме по улице Грановского. Я его спрашивал. Он не знает.
И генерал Серов знал, если не тогда же, то несколько позже. Об этом свидетельствуют документы. А для Жукова это продолжало оставаться тайной».


Поверженный Берлин. Так закончился нацистский мир.

Пожалуй, хватит цитат. Смотрите, какая картинка получается. Даже генерал знал, а маршал был не в курсе. Могло ли такое быть? Конечно же, нет. Полагаю, что обо всем, что касалось Гитлера, Жукову становилось известно в мае 1945 года сразу же, как только такая информация добывалась. Рассудите сами. Жуков находится в поверженном Берлине. Какая у него задача № 1? Елене Ржевской он потом рассказывает, что, мол, те-те-те, всякие бытовые вопросы приходилось решать, например, как немецкое население кормить и что-то подобное. Население, конечно, надо было кормить, хотя бы во избежание голодных бунтов. Но это ли в первую очередь интересовало маршала? Ключевой вопрос мая 45-го: где Гитлер? Разве не так? Заметим, группа, разыскавшая труп фюрера и сделавшая все для его опознания — это не сотрудники спецслужб, а подчиненные Жукова. И даже если они докладывали о поиске непосредственно в Москву, то разве не должен был создать Жуков параллельные группы, разве прошла бы столь важная информация мимо него? Мимо Серова — нет, мимо Берии — нет, а мимо него — да? Верится с трудом.
Дело тут совершенно в другом. Тов. Сталин, который строил планы на годы вперед, сразу понял значимость обнаружения останков Гитлера и сразу же решил все это дело засекретить и союзникам (для Иосифа Виссарионовича они уже были будущими противниками) не сообщать. А когда дело дошло бы до острого конфликта с американскими империалистами (советских империалистов), тут-то можно было бы извлечь козырь из рукава: вы Гитлера прячете. И общественное мнение было бы на нашей, на правильной стороне. Понятно, что Жуков был посвящен в эту тайну. Однако — тайна. Высшего государственного масштаба. Что из того, что Сталин умер? СССР-то остался. С Америкой противостояние продолжалось.
И, вспоминая и размышляя, маршал Жуков в соответствии с устоявшейся версией так хотел и написать: о Гитлере ничего не знаю, перешел чувак на нелегальное положение. Каково же было удивление Георгия Константиновича, когда он увидел опубликованными «записки военного переводчика». Как же так? Важнейшую тайну… вот так… походя… рассекретили? И ему ничего не сообщили? Ну, развинтилось что-то в Советском Союзе, уж тов. Сталин звездюлей бы насыпал этим деятелям. Маршал Жуков растерян. Маршал Жуков вынужден беседовать с какой-то там теткой, которая, конечно же, не имеет ДОПУСКА к такого рода тайнам и вынужден ей на ходу сочинять: мол, я не знал, мне не сообщили, все происки Сталина. А наивная женщина простодушно поверила. Кстати, она жива до сих пор — дай Бог ей здоровья.
Как вам такая версия. А? Да ведь она все-все в этой истории объясняет.

Реклама