Завербовал его Витек: субтильный жилистый большеголовый майор из аналитического управления. Все как положено: расписка, псевдоним, согласие. Оперативное имя «айболит»: когда-то он учился в педиатрическом институте. Подход был простой как три рубля — клиент жил в Ленинграде без прописки, постоянно играл в карты, причем жулил напропалую, на даче Дома Кино в Репино, где по субботам собирались каталы на большие ставки у конторы был оборудован чердак, где в полу была дырочка, а в дырочку был вставлен объектив. Чтобы оптика не блестела, линзы были обтянуты колготками, выпачканными в зубном порошке — хрен увидишь. Картинка была так себе, но главное записалось — объект наблюдения обменивался под столом картишками с напарником. А в игре были ребяты злые и пафосные, уверенные что все по чесноку, просто герой наш фартовый, вот и срывает банк по-крупному. Витек пригласил жулика на рандеву в гостиницу «Москва», где на седьмом этаже у конторы был номерок. И там стоял телевизор Филипс, модный, черный. Витек притаранил с собой в дипломате видак, подключил. Когда герой увидел ракурс съемки и сидящих за столом, только крякнул. Среди прочих там был Русланчик, который терпеть его не мог. И за милую душу сдал бы эту пленку другим игрокам, включая Пашу и Сергеича. А что у Руслана были контакты с конторой знали все. Короче, вспомнилось клиенту как за такие же шутки казнили одного ювелира. Не убили, нет. Но отпиздили конкретно и обе руки расхерачили молотком. Причем самого Айболита спрашивали, как знавшего анатомию — куда бить, чтобы суставы точно не восстановились. Он показывал куда. Ой, неприятная история! Больно, позорно…

Короче, дал ему Витек чистый лист. Айболит достал свой паркер, посмотрел на то, как красиво лежит он в здоровой холеной руке. И сказал, — диктуйте.
Витька интересовали не столько кто с кем играл в Репино, в конце концов агентуры в той среде было навалом, один Русланчик чего стоил: память у него была роскошная, язык без костей и рассказывать он мог часами — кто, что и откуда. Но Айболит был особенным: у него были связи сразу в трех криминальных плоскостях — он был одновременно и еврей, и грузин. Точнее грузинский еврей. Из Батуми. Так его и звали в другом мире — Серго Батумский. Или Сергей Сергеевич Сарафишвили, сокращено ССС.
Айболиту все это не понравилось. Потому что недавно друзья отца предложили совершенно новый уровень бизнеса: привозить из Грузии левый спирт и производить водку. А Серго знал, что ОБХСС может накрыть в любой момент, особенно теперь, когда он на крючке. Что делать? Он позвонил Витьку. 278-12-36. Прямо в контору. «Есть дэло, Виктор Эдуардыч, болшое!»

Встретились в «Москве». Айболит предложил сделку: он создает завод по подпольному производству водки на Выборгской стороне, прибыль будет огромная. И Витьку — 40 процентов. То есть примерно сто тысяч советских рублей в месяц. Витек посмеялся. Мы — солдаты партии, а не преступники. Вы неверно понимаете роль органов госбезопасности. Айболит ушел как оплеванный. Витек поехал в управу, сел за пишущую машинку и двумя пальцами стал стучать по клавишам: «Я, старший оперуполномоченный 5 управления УКГБ СССР по Ленинградской области 12 марта 1987 года провел на объекте «Нева-11» встречу с агентом «Айболит». Техническое укрепление объекта штатное. Запись производилась на прибор «ВТО». В ходе агетнурной беседа агент сообщил, что… По окончанию беседы агент предложил создать подпольное производство спиртных напитков в помещении одного из цехов завода «Красный Выборжец» из спиртосодержащей продукции, доставляемой из Грузинской ССР… при участии «воров в законе Гитенашвили, Мерадзе и Кулистикошвили». Агент пояснил, что при этом средства производства будут доставлены из Осетинской АССР, а работать на линии розлива намерены студенты Педиатричнского института, выходцы из Грузинской и Азербайджанской ССР. Агент предложил сотрудничество с УКГБ, в виде оперативного сопровождения незаконной деятельности с целью отвода от данного незаконного производства оперативных интересов ГУВД по Ленинграду и ЛО. В ходе беседы агенту было разъяснена роль органов Госбезопасности и противоправность его устремлений» Рапорт ушел начальнику.

Через месяц Витька после оперативного совещания попросили задержаться в кабинете полковника. Начальник попросил принести личное дело агента Айболита. Витек принес. И больше его не видел. Агента забрала Москва. На «Красном Выборжце» открылся первый цех левой водки. Айболит сумел переиграть наивного Витька. Наивный майор неверно понимал роль органов: КГБ должен не только предотвращать вражескую деятельность Главного противника и внутренних антисовестских элементов, но и контролировать финансовые потоки и их получателей. На дворе была горбачевская перестройка. Потоки намечались большие. Дело на самом верху легло на стол Бобкова: Центр как раз просчитавал варианты создания своих каналов, в которые нужно было перенаправить свободные финансовые ресурсы кавказских республик. Точнее воровские и цеховые деньги, которые могли быть направлены на создание антисоветских сил и движений в намечавшейся «дестабилизации». И у Бобкова уже было несколько десятков личных дел разных агентов: сефарда-режиссера Вадима Уткинского, организовавшего кооператив по производству медных браслетов и стальных гаражей, ленинградского оперного режиссера Валерия Погибельского, подвязавшегося на Лентелефильме. И одного совсем странного персонажа — Станислава Тупника, талантливого молодого ученого нетрадиционной ориентации, ужасно ушлого и хитрого. Подрабатывавшего каскадером на Ленфильме. И талантливого юноши из Азербайджана Мамифа Дядишева. Задача у генерала Бобкова была сложной. Надо было проанализировать возможности каждого агента и немедленно организовать рытье каналов для будущих рек, по которым совсем скоро хлынут потоки, выжигающие все искусственное, сносящие все лишнее, сметающие все чуждое самой природе огненной реки из раскаленного золота. Чтобы не унес этот поток куда не надо, чтобы интересы Родины были на первом месте…

Через десять лет все эти люди пересели на Ролс-Ройсы. Только Погибельский все проебал, пил много, крыша съехала. Ну и наш герой Айболит тоже в судьбе сделал загогулину. Поседел, пока сидел. Ну дернул же черт горячего кудрявого Серго сказать в камере внутренней тюрьмы на улице Каляева после ареста: «Да этот пацанцик у меня сосет, вы сэйчас менйа отсуда выпустыте, а то бэз погон останэтэсь!» Он, когда волнуется, совсем как Сталин начинает говорить. Путину передали. Он хмыкнул. Придется ему отсосать самому. До звонка. Но бизнес не трогайте, столько сил было вложено. Бизнес и не тронули. Все обошлось. Потом они в Израиле даже встретились мельком. Без обид. Дело-то давнее…

А Витек ушел начальником службы безопасности сотовой компании. Но и там его за наивность понизили — сейчас просто заместитель. Увлекается идеями «Внутреннего предиктора» типа живая/мертвая вода. Простоват паренек…

У чему эта история. Да вот как-то не доверяю я мессенджеру «Телеграм». Что-то не уверен я в его шифровании…

ну и все совпадения на совести читающих. Герои выдуманы автором, как обычно…

Другие произведения Дм.Запольского:

Дмитрий Запольский: СЛУЖИЛИ ТРИ ТОВАРИЩА

Дмитрий Запольский: ПРО ТЕАТР И DOC

ПРИТЧА О ПРИЧТЕ

 

 

 

Реклама