Комнатенка на первом этаже здания комитета дорожного хозяйства была крохотная. Раньше, видимо, предназначалась для дворника. Очень удобное расположение: перед постом охраны, где нужно было показывать документы и где милиционер мог записать имя входившего. А тут ничего не надо показывать, вошел в подъезд с портферем, вышел без. Все продумано. В комнетенке стоял стол. Диванчик и кресло советских времен.. Потфели ставили в уголок, слегка задвинув за уродское кресло. Если бы вдруг обыск, сидевший за столом бледный очкарик Иванов сказал бы: «Откуда я знаю, что за портфели? У меня зрение минус десять, я вообще почти инвалид. Принесли какие-то перцы, засунули. Лиц не помню. У нас тут проходной двор, знаете ли…» В кабинетике действительно был проходной двор. Каждый час заходили какие-то люди, приносили и уносили бумаги, папки и конверты. И портфели. В папках — заявки и документация, в конвертах — условия тендера, а в портфелях были деньги. На кабинетике была табличка: «Секретарь тендерной комиссии». И часы приема, которые никто не соблюдал — очкарик сидел в кабинете как курица на яйцах, отлучаясь только на минутку. С раннего утра до позднего вечера. Думаю, сейчас с таким же рвением ловит рыбу где-нибудь в Латинской Америке. Есть там несколько чудесных стран, где инвесторам-иммигрантам разрешают менять фамилию и особо не интересуются происхождением бабла. А может, как и его начальник лежит там, где только вороньи карки нарушают тишину, да ветер качает кусты сирени по обочинам кладбищенских аллей. Вот честно не знаю. Специальные ребята долго не живут. Если не слился вовремя, сам виноват. Работа такая…
Но в описываемые мной времена бледный очкарик работал грамотно. Тендерная комиссия объявляла конкурс. Согласно распоряжению правительства. Например на строительство участка дороги, на мощение улицы или площади, ремонт ограды или целого дворца. Называлась стоимость работ. Публиковалась в газетенке. К примеру, сто миллионов рублей. Участвовали в конкурсе десять-двадцать крупных фирм, заказ-то сладкий. Ну и еще десять не крупных, просто так, в качестве тренировки. Переводили залог на казначейский счет. Получали тендерную документацию. Очкарик смотрел платежку, проверял, выдавал папку с техническими условиями. Представитель компании-претендента через пару дней привозил конверт. Без номера, но под каким-то девизом. Можно было написать что угодно «Предложение от дяди Васи» или «пролетарии всех стран, объединяйтесь». Конверт очкарик убирал в сейф. Не раскрывая. А представителю выдавал квиточек, типа «предложение от дяди Васи принято для участия в конкурсе». Кроме конверта за кресло ставился дипломат. Без надписей и девизов. Просто дипломат. И в нем деньги. В долларах. 15 процентов от суммы заказа. По курсу ММВБ на день подачи заявки. В нашем примере это было бы пятнадцать миллионов рублей. Во вторник очкарик нес все конверты в кабинет председателя комитета. Собиралась комиссия — чиновники, депутаты, какие-то левые представители общественности. Председатель зачитывал условия тендера. Наш очкарик вел протокол. Представитель общественности ножницами вскрывал конверты и читал предложения. Побеждал тот претендент, чья цена была наименьшей. Комиссия подписывала протокол, очкарик шел в свою каморку. Около двери толпились представители. «Выиграла фирма «Аванпост», предложившая цену девяносто два миллиона. Прздравляю!». Счастливый победитель уходил с пачкой бумаги — государственные контракты подписывались чуть ли не в десяти экземплярах. А остальные молча заходили в каморку и брали свои портфели. В результате оставался только один. И после рабочего дня приезжал неприметный бычок. Молча брал дипломат и вез на дачу. Соблюдая, естественно, все правила безопасности, проверяя хвосты, накручивая круги. У бычка в кармане лежала справка из банка об обмене валюты на нужную сумму и даже договор о продаже квартиры. Еще у бычка был наградной ПМ, так как он служил помощником командира Калмыцкого ОМОНа в звании майора. И непроверяшка. Но вот в далекой Элисте бывать ему не доводилось. Служил он дистационно. Все больше в столицах. Потому что с дачи на карельских озерах бычок на своем джипе гонял и на дачи в Николиной Горе, Барвихе и всяких других серебрянных борах. Интересно, где он сейчас: тоже насаживает червячка на рыбалке или червячки познакомились с ним сами?
Схему эту нехитрую изобрели в самом начале девяностых. Иваныч был главой Московского района, где райсовет возглавлял Новоселов. Ну и пацаны в районе жили и чудили знатные, тот же Костя-Могила, Паша Кудряшов, другие тамбовские, облюбовавшие гостиницу «Пулковская» и кафе «Роза ветров». Связи у Иваныча были крепкие, а авторитет непререкаем: умный, чуть медлительный, но не потому что тормоз, а для солидности. В уме мог умножить любое трехзначное число на двузначное. Математический гений. Эмоции сдерживал всегда, молчалив, лишнего слова не скажет. И ведь так и не сказал. До последнего дня. Ничего лишнего. Железный был человек.
Собчак взял его в правительство города в 1993 году. Начальником аппарата. Потом назначил вице-мэром. Иваныч стал заниматься стороительством. Яковлев — городским хозяйством, Кудрин — бухгалтерией, Мутко — социалкой, Путин, как известно, отвечал за внешние связи и в отсутствие Собчака координировал деятельность команды. Откаты за городские заказы придумали не в Питере. Это пошло от Лужкова. Собчак никак не мог врубиться — почему в Петербурге так все плохо, почему все тянут под себя, а ничего не строится и не чинится, бизнесмены заказы получают и просто разворовывают подчистую. Потом до него дошло — все дело в безответственности аппарата. Нет заинтересованности. Взятку получить — дело нехитрое. А вот как сделать, чтобы городской заказ соответствующий чиновник вел от начала до конца? И до него дошло — надо процесс организовать системно. Для этого и пришел в Смольный Иваныч. Системный до невозможности. Не жадный, не хищный, не подверженный порокам. Повезло Собчаку с замом. Когда Яковлев выиграл выборы, он Иваныча оставил вице-губернатором. Сняли его в 2002 году. По большой игре. После того, как сменился вектор и ветер подул в другую сторону. Есть версия, что Валентина Ивановна поставила такое условие — не пойду разгребать авгиевы конюшни, пока Иваныча не приземлят. Да, она бы с ним не справилась, конечно. И еще версия — слишком много Иваныч знал. Ну вот просто совсем слишком много.

Да что я все «Иваныч». В колуарах его называли «Откатыч». А в жизни Валерий Иванович Малышев его звали. Он построил Ледовый дворец и Кольцевую дорогу, Ушаковскую развязку и вообще все, что с 1993 по 2002 было построено в Питере. Организовал Игры Доброй воли в 1994 году, чемпионат мира по хоккею, провел съезд движения «Вся Россия» в 1999. Потом оно сольется с лужковским движением «Отечество» и станет правящей партией. Но на этом и погорел наш Иваныч. Дело в том, что перед строительством Кольцевой автодороги структуры Кости-Могилы скупали самые ключевые земли. Там, где просто нельзя было провести автостраду в объезд. И дирекция строитльства была вынуждена эти земельные участки выкупать у собственников. Ну как вы понимаете, выкупали за миллионы, а приобретались заброшенные сельхозугодья за копейки. И если собственник был типа несговоричивый, то ему объясняли всю глубину его заблуждений не только бритоголовые пацаны на бэхах, но и участковый испектор заходил, советовал быть умнее. Короче, наварился на этом проекте Могила. А когда поставили перед Иванычем задачу срочно провести съезд, тот обратился к Могиле, мол должок за тобой, давай, действуй. Константин Карольевич по недомыслию подогнал Иванычу левую контору-помойку, зарегистрированую на какого-то зека. И набил ее деньгами. Ну и неофицально еще баульчик прислал на раскрутку. Когда съезд с пафосом состоялся, банкет в «Астории» отшумел, Минтимер Шаймиев, Владимир Яковлев и Евгений Примаков попозировали фотографам, вдруг выяснилось, что кто-то натравил Генпрокуратуру на Иваныча. Причем конкретно. Малышев воспользовался тем, что был в списке ОВР и ушел в Госдуму, получив неприкосновенность. Видел я его там, в коридоре Госдумы. Скучно ему было без настоящей работы. И противно. Все вокруг лихи какие-то. Ничего не понимают. Несистемные. В 2001 году Яковлев договорился в Кремле, что Малышева не тронут. Без него город просто погибал — вся система рушилась. Иваныч сложил полномочия депутата и вернулся вице-губернатором. Но снова что-то пошло не так. Ведь как часы все при Иваныче работало.

Муниципалитет объявляет тендер. Выигрывает некий Вася заказ на строительство детской площадки. Заносит 15 процентов отката. Глава муниципальной администрации семь с половиной процентов несет председателю муниципального совета. Тот банкует по справедливости — три процента главе, три процента себе. Остальное — депутатам. И аппарату премии — бабам на колготки, мужикам на коньяк, шоферу на новые колеса. А вторую половину несут в район. Там специальный замглавы все аккумулирует. Половину они с главой района дербанят по той же схеме, но и начальника райотдела полиции не забывают, всяких начальников безденежных ГУПов поощряют, председателю суда закинут, прокурору. Ну и аппарату в конвертиках на колготки. А половину опять наверх. Но уже не в конвертах. Бычок приезжает в нужное время, портфели забирает. А тут уже опять впополам — у вице-губернатора свой аппарат, свои ГУПы, всякие присоски дополнительные типа редакторов газет, избирательных комиссий, СЭС, пожарных, ветеринарых служб, черта в ступе. И всех надо поддержать! Ведь выборы все время! Как же не поддерживать. Не за зарплату же будут бюджетников убеждать в правильности курса и нерушимости скреп. Ну если конечно, у бюджетников свои откаты есть, то хорошо. А если нет? Тогда надо делиться, ведь еще Лифшиц говорил… Ну а остатки? Правильно, остатки — в столицу.

Вот представьте себе — вы получили откат. Точнее долю. И высчитали все правильно. Наверх надо заслать, допустим сто миллионов. И они у вас в сейфе лежат. День лежат, два, неделю. Рубль падает. Доллар растет. Не побежите же вы на биржу валюту покупать! А курьера-бычка нет. День нет, два, неделю. Сбита система, нет должного руководства. И вы начинаете паниковать. Может что-то изменилось? Может в прошлый раз вы ошиблись и послали меньше, чем должны были и теперь вас вообще вычеркнули из списков живых. Что вы испытываете? Стресс и панику. По научному — фрустрацию. По простому — облом. Какая уж тут созидательная работа по удвоение, вставанию с колен и скрепостроительству, когда все из рук валится. Сейф-то не резиновый! Значит и вся вертикаль власти под вами тоже фрустриует. Поэтому без Иваныча — никак нельзя.
Вот и вернулся Малышев в Смольный. Да ненадолго. В 2002 году вдруг наглянула на дачу следственная бригада. И в квартиру нагрянула, и в кабинет. Но ничего не нашли. Возбудили дело по какому-то надуманному предлогу. Типа пользовался телефоном, который оплачивал ему какой-то лоховской банк. А это уже взятка! И направили представление губернатору: так и так, мол отстранить немедленно подозреваемого от должности. Яковлев не мог ничего поделать.
Иваныч поехал на дачу. Потосковал немного без дела и умер. От внезапно возникшего разрушения печени, хотя уж что-что, а печень у него была здоровая. Но тут — раз и умер. Не верьте, что в России врагов убивают из пистолетов возле правительственных зданий. Профессионалы так не действуют. Вот сидтшь ты на даче, пьешь чай с вареньем и внезапно отказывает теряешь сознание. Врачи смотрят и говорят — мы бы рады, но ничем помочь уже не можем — был человек и нет его. А если кто в кого стреляет, это обычно кого-то просто подставить хотят. Не так дейсвует тонко отлаженный механизм молодого российского народовластия…

 

Бывший вице-губернатор умер от внезапного инсульта, причиной которого стал цирроз печени и гепатит. Уже наутро губернатор Владимир Яковлев, назвавший покойного «очень энергичным, толковым и здоровым работником», недвусмысленно связал смерть чиновника с возбужденным против него год назад уголовным делом: «Преследования, которым подвергался Валерий Малышев на протяжении двух лет, не выдержал бы ни один здоровый человек». Яковлев дал понять, что при желании можно найти и виновников внезапного инсульта: «То, что связано с его смертью, должно стать предметом для тех, кто занимается правоохранительной деятельностью».

Смерть Малышева делу не помеха

В конце нулевых незадолго перед моим отъездом из России подошел в Мариинском дворце один депутат. И протягивает карточку. Поздравляю, говорит. Ты один из первых членов «Единой России» в Санкт-Петербурге. Мы тут архивы Красносельского района разбирали и нашли твой членский билет. Еще за подписью Малышева. Я вспомнил, как снимал тот съезд. Видимо Малышеву нужна была численность и он всех аккредитованных журналистов решил заодно принять в партию. А потом при перерегистрации всех автоматом записали единоросами.
-Извини, — говорю я депутату, это ошибка. Я никогда не вступал в ЕР.

-Дурилка ты картонная, — отвечает мне депутат. — Ты хоть представляешь себе, что такое парбилет за номером 178? Это же какие можно перференции получить? Ты же ветеран!

Мы были в хороших дружеских отношениях. Я просто послал его нахуй.

А систему перестроили. Теперь для этого есть партия. Та самая. Ну и электроника, как же без этого. Офшоры, биткоины, чего только люди не придумают. Прогресс… Думаете зачем спецслужбы хакеров привечают? Обоссаные Трампом простыни в сервера Пентагона засылать? Нет, за людьми приглядывать. Без Откатыча-то сложно систему контролировать, хоть и вертикаль власти, а контроль и учет — первое дело.

Все события выдуманы, совпадения случайны, особенно схема откатов, заносов и распилов. Имена тоже не настоящие.

 

Публикуется с разрешения автора. Другие его произведения. а также материалы по теме:

Смерть Малышева делу не помеха

Дм.Запольский: БЕЛЫЙ ШАМАН И САНЯ-ГИНЕКОЛОГ

Дм.Запольский: Жир

Реклама